Марисса Ирвин подъезжает к дому, адрес которого ей продиктовал сын по телефону. После уроков он заскочил к новому приятелю — вроде бы обычное дело для подростка. Она звонит в дверь, ожидая увидеть знакомого по школьным встречам родителя или самого мальчика. Но створка открывается, и на пороге стоит совершенно незнакомая женщина с настороженным, чуть отстранённым выражением лица.
— Здравствуйте, я ищу своего сына, — начинает Марисса, стараясь звучать спокойно. — Он сказал, что будет здесь.
Женщина в дверях медленно качает головой. Её взгляд скользит по Мариссе, затем по пустой улице за её спиной.
— Простите, но я не понимаю, о ком вы говорите. У меня нет гостей, — её голос ровный, почти без интонаций. — И детей здесь сегодня не было.
В ушах Мариссы начинает нарастать лёгкий звон. Она переспрашивает, уточняет адрес — всё верно. Та самая улица, тот самый номер дома, который сын назвал ей всего пару часов назад. Но женщина лишь пожимает плечами, её пальцы слегка сжимают край двери.
— Вы, наверное, ошиблись. Возможно, он имел в виду соседний дом, — предлагает она, но в её глазах нет ни тени участия или обычной в таких ситуациях лёгкой озабоченности.
Марисса отступает на шаг, сердце начинает биться чаще. Она звонит сыну — трубку никто не берёт. Отправляет сообщение — оно остаётся без ответа. Возвращается к машине, но не садится внутрь, а просто стоит, глядя на закрытую дверь дома. Окна первого этажа зашторены, никаких движений, никаких звуков.
Мысли путаются. Она вспоминает утренние сборы в школу, его улыбку, обещание быть дома к ужину. Всё было как всегда. Но теперь этот тихий дом с незнакомкой в дверях кажется внезапной трещиной в обычной реальности. Той самой, после которой всё меняется.
Она снова подходит к дому, обходит его сбоку — высокий забор, калитка на замке. Ни намёка на детские голоса или следы присутствия подростков. Соседний дом выглядит пустующим, с потухшим крыльцом. Улица непривычно тихая, будто вымерла.
Марисса возвращается к своей машине, руки слегка дрожат. Она набирает номер мужа, но бросает трубку, не дождавшись гудка. Что сказать? Что сын исчез в обычном доме на обычной улице, а женщина у дверей утверждает, что его здесь не было? Звучит как плохой сюжет из новостей, которые всегда случаются с кем-то другим.
Она смотрит на часы. Прошло уже больше часа с момента, как он должен был выйти на связь. В голове проносятся обрывки разговоров, советы из родительских форумов, страшные истории, которые обычно стараешься не замечать. А потом приходит осознание, холодное и тяжёлое: это и есть тот самый кошмар. Тот, о котором боится думать каждый родитель, когда ребёнок не отвечает на звонок. Только теперь это не абстрактный страх, а реальность, разворачивающаяся здесь и сейчас, на этой тихой улице, под равнодушным взглядом незнакомой женщины в дверях.
Марисса делает глубокий вдох, достаёт телефон. Палец зависает над клавишами. Звонить в полицию? Искать других соседей? Вернуться и настаивать? Каждое решение кажется одновременно необходимым и невозможным. А время тикает, каждая минута ощущается как вечность. И где-то там, за этой дверью или в совсем другом месте, её сын, который просто пошёл в гости к другу после школы.
