В начале шестидесятых годов прошлого века столицу Советского Союза охватила волна страха. Жители Москвы с тревогой запирали двери, хотя раньше подобные меры казались излишними. Виной всему стал человек, чьё имя вскоре узнала вся страна. Владимир Ионесян, получивший от журналистов прозвище «Мосгаз», оказался первым преступником, которого официально назвали серийным убийцей.
Его метод был прост и оттого особенно ужасен. Он стучался в квартиры, представляясь сотрудником городской газовой службы. В то время люди без раздумий открывали дверь такому работнику. Попадая внутрь, мужчина оценивал обстановку, выбирал жертву и совершал преступление. После этого он спокойно покидал место происшествия, прихватив ценные вещи. Его действия были хладнокровны и продуманы.
История этих событий оставила глубокий след в криминальной летописи. Родители, желая предостеречь детей, шепотом произносили зловещее прозвище. Оно стало символом опасности, которая могла прийти под видом обычного бытового визита. Улицы, прежде казавшиеся безопасными, теперь вызывали невольную настороженность.
Что же заставляло этого человека совершать подобные поступки? Следователи и психиатры долго искали ответ. Была ли причиной банальная жажда денег? Или, возможно, корни следует искать в личной драме, например, в несчастной любви? Некоторые эксперты предполагали глубокое психическое расстройство, патологическое влечение к убийству. Каждая из этих версий имеет своих сторонников, но однозначного заключения нет до сих пор.
Дело Ионесяна не просто пополнило архив уголовных расследований. Оно изменило само восприятие безопасности в обществе. Доверие, бывшее нормой, уступило место осторожности. История этого преступника заставляет задуматься о темных сторонах человеческой натуры и о том, как тонка грань между обычной жизнью и ужасом. Его преступления остались в памяти как мрачная страница того времени, напоминающая о хрупкости спокойного существования.
